Аналитический обзор
Кирилов Александр Георгиевич, исполняющий обязанности директора ФГБУ «Национальный парк «Русская Арктика»
© Из личного архива

Александр Кирилов: В «Русской Арктике» ежегодно проходят научные экспедиции, и этот год не исключение

Конец года – пора подводить итоги. Arctic.ru поговорил с исполняющим обязанности директора национального парка «Русская Арктика» Александром Кириловым об уборке территории, научных исследованиях и немецкой метеостанции «Кладоискатель», наделавшей шума в этом году.

Александр Георгиевич, какие исследования прошли в этом году? На территории заповедника активно проводятся внутренние экспедиции, что исследовали в этом году? Вопросы научной деятельности в Арктике будет обсуждаться и в рамках форума «Дни Арктики в Москве», стартовавшего сегодня.

С момента образования парка на ООПТ мы ежегодно проводим научные экспедиции, и этот год не стал исключением.

Традиционно специалисты выезжают в поле весной на непродолжительный срок и на более длительное время — летом.

В этом году мы продолжали весенние работы по мониторингу морских млекопитающих и белого медведя на Земле Франца-Иосифа как стационарно, так и с борта ледокола  «Капитан Драницын». Были обследованы места обитания белого медведя, проведены судовые учёты морских птиц и млекопитающих.

Летом биологические научные отряды работали стационарно на двух точках Земли Франца-Иосифа (мыс Флора и бухта Тихая) и на Новой Земле в районе мыса Желания. Основные задачи — проведение мониторинга состояния популяций птиц и млекопитающих, инвентаризация биоразнообразия, включая насекомых, флору, микобиоту, картографирование растительного покрова. Мы медленно, но верно делаем биогеографическую карту мест, которые свободны от льда и снега.

Отдельная крупная задача — изучение миграций, мест зимовок и  гнездования ключевых видов морских птиц в рамках международного проекта МОРТРЭК, участие в котором парк принимает с 2013 года. Группа орнитологов провела дополнительные морские наблюдения за птицами и млекопитающими на протяжённой трансекте к Северному полюсу, куда им пришлось сходить дважды, прежде чем добраться и выбраться с основного места работ на ООПТ. Были получены очень интересные материалы о состоянии природной среды и распределении животных в районах, прилежащих к ЗФИ, важные для понимания той картины, которая наблюдается на самой ООПТ.

Во второй половине лета работы продолжились в экспедиции «Открытый океан: архипелаги Арктики — 2016», организованной ассоциацией «Морское наследие». За три недели экспедиционное парусно-моторное судно «Альтер эго» обследовало 20 точек на 17 островах Новой Земли, ЗФИ и острове Виктория.

Приближается зима. Ведётся ли в парке деятельность в зимний период или вся жизнь на это время замирает?

Жизнь в парке, если можно так сказать, трансформируется, и, поверьте, это очень жаркий период. Если охарактеризовать кратко, то есть такая старая шутка: «Зачем дан берег моряку?— Затем, чтобы он крепче любил море». У нас примерно так же.

Большой полевой сезон заканчивается в октябре, и начинается период отчётов и планирования, поиска новых предложений и проектов.  По большому счёту, если не было бы зимы, то и лето бы не состоялось.

Тут следует понимать, что у нас магазинов на территории нет, а довезти, если не позаботились об этом заранее, мягко говоря, трудно. Всё, что мы себе запланировали, мы должны организовать ещё здесь, в Архангельске. В то же время жизнь продолжается и в зимний период. У нас есть круглогодичный стационар на острове Земля Александры, где работы по программе парка не останавливаются вовсе.

Есть ли планы по развитию туризма? Возможно, появятся новые экскурсионные программы?

Мы постоянно работаем над тем, чтобы туристические компании заходили к нам на территорию чаще. Мы подсказываем, что и где посмотреть.

На будущий год с заходом на территорию национального парка «Русская Арктика» запланировано пять рейсов на атомоходе «50 лет Победы» по маршруту Мурманск — Северный полюс — Мурманск, три по маршруту Шпицберген — ЗФИ — Шпицберген на судне Sea Spirit и два по Северному морскому пути на круизном судне «Академик Шокальский». Но это пока намётки, потому что турбизнес в Арктике довольно рисковый.

Мы существенно сократили время прохождения в пути для туристов. Прежде круизному судну с архипелага Шпицберген, чтобы попасть на архипелаг Земля Франца-Иосифа (расстояние между ними около 200 морских миль), требовалось четыре раза пересечь Баренцево море, чтоб открыть и закрыть границу в порту Мурманск. То есть вместо 400 миль судно с туристами проходимо 2700 морских миль (что с учётом всех процедур занимало семь-восемь суток). Сейчас это максимум двое суток.

А каким образом вы этого добились?

В 2015 году на острове Земля Александры был открыт пункт пропуска через границу. В 2015-2016 годах он работал в тестовом режиме под конкретное судно, которое заходит с посетителями со Шпицбергена. На самом деле бо́льшую часть работы проделал один известный туроператор, мы просто помогали ему в этой работе.

В прошлом году после открытия пункта пропуска у нас побывало 1225 человек, а в 2014 году — только 738 человек. В 2016 году — около 1 тыс. человек, потому что судно Sea Spirit заходило только два раза вместо трёх, как в прошлом году.

Открытие временного пункта пропуска на острове Земля Александры архипелага ЗФИ в первый же год позволило принять по данному маршруту дополнительно 292 (22,9%) круизных туристов.

Для увеличения количества посетителей необходимо, чтобы пункт пропуска заработал на постоянной основе со всеми компаниями и судами. Из-за тестового режима работы пункта несколько судов с пассажирами, которые хотели посетить Землю Франца-Иосифа, не смогли этого сделать.

А из каких стран в основном приезжают туристы?

В этом году территорию национального парка посетили представители 40 стран. Как и в предыдущие годы, в 2016-м больше всего туристов из Китая — 28% от общего числа посетителей, Германии — 17%. Число россиян держится примерно на одном уровне — 6%.

Всего в сезоне-2016 состоялось девять круизов: пять по маршруту Мурманск — Северный полюс — Мурманск на атомном ледоколе «50 лет Победы» с заходом на Землю Франца-Иосифа, два по маршруту Шпицберген — ЗФИ — Шпицберген на судне Sea Spirit и два по Северному морскому пути с заходом на Новую Землю и Землю Франца-Иосифа на ледоколе «Капитан Хлебников» и теплоходе Hanseatic. Все рейсы сопровождали инспекторы национального парка, которые обеспечивали соблюдение природоохранного законодательства и охрану от белого медведя.

В 2015 году в «Русской Арктике» реализовывалась программа по уборке территорий. В этом году она была продолжена?

В текущем году работы по ликвидации накопленного экологического ущерба не проводились. Необходимо было осмыслить полученные результаты за прошедшие пять лет уборки территории и спланировать дальнейшую деятельность. Работы мы планируем продолжить в 2017 году.

В связи с глобальным потеплением климата Минприроды России планирует продолжить работы с геоэкологического обследования мест, где они проводились и будут проводиться. Нам надо посмотреть динамику природных процессов, чтобы понять, какие изменения проходят на конкретной территории. Необходимо также скорректировать объём работ, учитывая и социально-экономические факторы.

В части проведения непосредственно самих работ планируем сократить объём загрязнения на островах архипелага ЗФИ в массе не менее 8 тыс. т. В то же время, если анализировать результаты прошлых лет, то можно сказать, что с островов архипелагов ЗФИ и Новая Земля мы собрали и утилизировали более 40 тыс. т отходов производства и потребления. Это примерно равно массе четырёх Эйфелевых башен или пяти Дворцовых мостов в Санкт-Петербурге. Также мы провели техническую рекультивацию на территории 349 га (это около 500 футбольных полей).

Одновременно в ходе проведения работ были выявлены и исследованы объекты, обладающие признаками историко-культурной ценности. Если бы мы вычищали всё под ноль, то через какое-то время могли бы сказать, что на Земле Франца-Иосифа нет следов присутствия русских, поэтому и претензии России на эту территорию неправомочны.

Если мы считаем, что объект может представлять историко-культурную ценность, то мы подаём документы в Минкультуры и они решают вопрос культурной ценности. В результате были сохранены комплексы полярных гидрометеорологических станций на мысе Желания (архипелаг Новая Земля), в бухте Тихая на острове Гукера, комплекс исторических зданий обсерватории им. Э.Т.Кренкеля на острове Хейса, некоторые объекты военной инфраструктуры на островах Земля Александры и Греэм-Белл.

Особенно хочу подчеркнуть роль Минприроды России и лично министра Сергея Ефимовича Донского, который поддержал нашу инициативу сохранить историко-культурные объекты.

В октябре в СМИ появились новости об обнаружении метеобазы «Кладоискатель», которая была найдена ещё в прошлом веке. В этом году удалось обнаружить на базе что-то важное?

База «Кладоискатель» (Schatzgraber) — это притча во языцех. Она настолько обросла легендами… Что же произошло? В годы ВОВ война велась и в Арктике. По замыслу немецкого командования, гидрометеорологическая база следила за погодой — это было необходимо для атаки на конвои ленд-лиза, приходящие в порты Мурманска и Архангельска. В какой-то момент на острове Гукера был зарегистрирован несанкционированный выход в эфир радиопередатчика, их случайно услышали, по сути. Точные координаты установить не удалось, но указали на примерное положение — она должна была располагаться на западе архипелага.

После войны советские исследователи зашли на остров Земля Александры и случайно наткнулись на эту базу. Они обнаружили хорошо замаскированные убежища с накатом. Сразу стало понятно, что это за база, с какой целью она существовала. Причём всё выглядело так, будто люди только ушли, она была заминирована по всем правилам. Дома были пригодными для проживания, поэтому её разминировали, и первые годы сотрудники советской полярной станции на Земле Александры жили здесь, пока не построили метеостанцию с нормальными домами. А эту базу в 1950-е годы снесли под «нож бульдозера».

Их, по сути, никто и не разыскивал. Когда немецкие архивы стали доступны, то появилась информация, что такие базы у немцев были и в Гренландии, и на Шпицбергене, они известны.

В то же время, была вторая легенда про мыс Нимрод и немецкую базу подводных лодок с подводными гротами. В общем, легенд была масса. Её искали, но ничего тогда не нашли.

В 2012 году делом занялся старший научный сотрудник парка, профессиональный историк Евгений Олегович Ермолов, его снимки и произвели шумиху. Мы такого и не ожидали, для нас это вполне обыденная работа. В первый сезон ему удалось собрать коллекцию подъёмного материала из 300 единиц. В этом году удалось провести более подробные исследования, в том числе выполнить съёмку местности, обнаружить и нанести на план местоположение основных объектов бывшей станции — основного жилого дома, огневых позиций, склада боеприпасов, всего 18 объектов. Такая работа была выполнена впервые, прежняя историография станции была крайне скудна, а опубликованные сведения были отрывочны и противоречивы. Наиболее достоверные сведения опубликованы относительно недавно, в 2001 году, но они базируются на воспоминаниях одного из сотрудников станции и не подкреплены полевыми исследованиями.

Жизнь сотрудников станции «Кладоискатель» закончилась печально — они тяжело заболели. Один из них на охоте застрелил белого медведя, чтобы поесть свежего мяса вместо консервов. Медведь был болен, отчего заболели и метеорологи, они запросили экстренную эвакуацию. За ними прилетел «Фокке-Вульф "Кондор"» в 1944 году.

Мы организовали в 2016 году довольно сложное путешествие. Евгений, кроме того, обнаружил по вещественным доказательствам местоположение других объектов инфраструктуры, а именно «неуловимой станции» «Мыс Нимрод» и посадки самолёта «Фокке-Вульф "Кондор"» в 1944 году. Всё это нашлось по крупицам — гильзы, патронные ящики, остатки снаряжения и одежды. Всего в научные музейные фонды парка передано более чем 300 единиц, пополнивших «немецкую» коллекцию.

Благодаря неизвестному медведю данные о погоде в Арктике не передавались немцам, и конвои могли ходить в наших водах более или менее спокойно.

А станцию подводных лодок вы так и не нашли?

Нет, это городская легенда. Её точно никогда не было. Глупо было бы размещать её там по той причине, что подводная лодка в 1940-е годы — это, по сути, жестяная банка. Тогда речи быть не могло об усилении корпуса для плавания во льдах. Да и команды тогда мало обучены — уже в 24 года можно было стать капитаном подводной лодки, были и моложе капитаны в кригсмарине. Немецкое командование тоже отдавало себе отчёт в том, что держать там базу было бы безумной тратой денег в условиях войны.

Есть ли на территории другие объекты, которые планируется исследовать?

Безусловно, на территории парка есть ещё очень много исторических мест и объектов, которые ждут своих исследователей. Ряд из них находится под угрозой в связи с разрушением береговой зоны или активизацией процессов биодеструкции. Всё это следствия современного потепления климата. Определённую угрозу представляет и рост потока посетителей на территорию.

В первую очередь речь идёт о лагерях американских экспедиций Болдуина и Фиалы, о комплексе памятников на острове Рудольфа от экспедиций первопроходцев до советской полярной станции, домике «Эйра» из экспедиции Ли-Смита.

А объектов, связанных с военной историей, с немцами, у нас нет. Это был единственный эпизод и им останется, когда велись военные операции в Арктике.