Добавьте Арктик.ру в «Мои источники» Яндекс.Новостей

Пленарное заседание Федерального арктического форума «Дни Арктики в Москве — 2018»

В первый день проведения Федерального арктического форума «Дни Арктики в Москве» прошло пленарное заседание «Экологическая повестка. В интересах развития. В интересах человека».

Стенограмма пленарного заседания федерального арктического форума «Дни Арктики в Москве»

Дмитрий Щугорев: Здравствуйте, уважаемые дамы и господа! Моя коллега Мария Моргун.

Мария Моргун: И Дмитрий Щугорев.

Дмитрий Щугорев: Кстати, главный редактор телеканала «Живая планета». Не только ведущий телеканала «Россия 24», а как раз один из тех журналистов, которые очень глубоко погружены в ту тематику, которую мы сегодня будем с вами обсуждать. Кстати, очень отрадно, что сегодня уже очень много человек проголосовало в том интерактивном проекте, который мы запустили.

Мария Моргун: Несколько слов о трейлере фильма, который вы только что увидели.

Дмитрий Щугорев: Да, конечно. Мы, действительно, увидели трейлер этого фильма. Его можно будет целиком посмотреть, всех желающих приглашаем остаться после пленарного заседания на закрытый показ картины. Ещё все желающие смогут посмотреть этот фильм (напомню, он называется «Великий северный путь») в рамках «Дней Арктики в Москве» 22 ноября в Библиотеке путешествий.

Несколько слов об этом фильме. Это только что завершённая работа режиссёра-этнографа и путешественника, члена Русского географического общества Леонида Круглова. Этот фильм — результат шестилетней работы в Арктике, это путь длиной в 10 тыс. км и вглубь истории, вглубь бескрайних территорий, бескрайних широт нашей страны. Как указывается, автор прошёл легендарным маршрутом Семёна Дежнёва через самые труднодоступные районы Российской Арктики, как вы видели, и на собачьих упряжках, и на оленях, и под парусом морского катамарана, и, конечно же, пешком.

Мария Моргун: И ещё ближайшие три-четыре года он собирается продолжать свои изыскания и киносъёмки в Арктике. Ну а все желающие результаты труда на сегодняшний день, как уже Дмитрий сказал, могут увидеть сегодня, если останутся после нашей пленарной сессии, и 22 ноября в Москве, в Библиотеке путешествий. А мы начинаем…

Дмитрий Щугорев:…седьмой уже форум «Дни Арктики в Москве». Инициатором первого форума в 2010 году был Ямало-Ненецкий автономный округ. И вот за это непродолжительное время этот форум… Что такое семь лет, особенно в геологической истории Земли? Всё-таки этот форум стал не просто узнаваемым, а одним из ньюсмейкеров, как мы говорим, очень популярным, очень востребованной кузницей новостей об Арктике.

Мария Моргун: На самом деле всё благодаря птице.

Итак, сейчас мы приглашаем ключевых спикеров занять места на сцене. Дмитрий Кобылкин, министр природных ресурсов и экологии Российской Федерации.

Дмитрий Щугорев: Дмитрий Артюхов, губернатор Ямало-Ненецкого автономного округа.

Мария Моргун: Игорь Орлов, губернатор Архангельской области.

Дмитрий Щугорев: Александр Цыбульский, губернатор Ненецкого автономного округа.

Мария Моргун: Григорий Ледков, депутат Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, президент Ассоциации коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока.

Дмитрий Щугорев: Наталья Андронова, вице-президент Всемирной туристкой организации при ООН (UNWTO).

Мария Моргун: Дмитрий Николаевич, на правах хозяина форума сейчас в Москве… Семь лет назад, как Дмитрий уже сказал, это была Ваша инициатива, эти «Дни Арктики», будучи ещё губернатором Ямало-Ненецкого автономного округа… Для нас это уже традиция: каждый год мы в Москве обсуждаем на таком высоком уровне проблемы Арктики, её будущее, её экологические на текущий момент вопросы. Сейчас, пожалуйста, Вам слово для приветствия на правах хозяина. Я знаю, что у Вас есть даже приветствие от президента.

Дмитрий Кобылкин: Уважаемые коллеги, я хочу зачитать телеграмму президента Российской Федерации приветственную:

«Для России Арктика играет стратегическую роль. Сегодня мы укрепляем своё присутствие в регионе, реализуем научно-исследовательские инициативы, масштабные программы по его хозяйственному, экономическому освоению, претворяем в жизнь амбициозные инфраструктурные проекты. При этом хорошо понимаем, насколько важно обеспечить сохранность окружающей среды, сберечь природное многообразие полярных и приполярных территорий. В этой работе считаю нужным использовать интеллектуальный и творческий потенциал таких авторитетных экспертных площадок, как федеральный арктический форум. Его традиционно отличает насыщенная программа, детальное обсуждение актуальных вопросов арктической повестки и, конечно, профессиональный, деловой подход участников, среди которых представители коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока, международных организаций, научных и предпринимательских кругов, органов государственной власти, средств массовой информации. Рассчитываю, что в рамках дискуссий вы выйдете на конкретные идеи и предложения, которые будут востребованы на практике, послужат устойчивому экологически сбалансированному развитию арктической территории. Желаю всем успехов, всего наилучшего. Владимир Путин».

Уважаемые участники, от себя лично хочу вас поздравить с очередным проведением «Дней Арктики в Москве». Хотел немного рассказать от себя лично, от Министерства природных ресурсов и экологии России. Задачи природоохранного ведомства в актуальной повестке форума связаны с обеспечением вдумчивого, устойчивого освоения природных богатств, развития минерально-сырьевых ресурсов, сохранения уникального биоразнообразия региона.

В рамках исполнения майского указа президента страны Владимира Владимировича Путина планируется в 2024 году «разогреть» Северный морской путь, увеличив грузопоток до 80 млн т. Данный показатель является для нас ключевым ориентиром, я бы сказал, таким амбициозным ключевым ориентиром. Чтобы выполнить миссию, нужно рассматривать комплекс мер — это и развитие портов, это и строительство ледоколов, наземная инфраструктура, геологоразведка, гидрометеорологическая поддержка, цифровая инфраструктура и, конечно, подтверждённая грузовая база. Опыт реализации проектов в арктической зоне России показывает, что на каждый рубль государственных бюджетных вложений привлекается как минимум от 10 до 12 рублей внебюджетных инвестиций, а одно рабочее место в Арктике создаёт 14 в разных регионах Российской Федерации.

Арктическая зона России обладает колоссальной ресурсной базой и является источником социально-экономического развития всей страны. «Богатства России прирастать будут Арктикой», — именно так сказал глава нашего государства. Запасы по нефти составляют 7,3 млрд т, 2,7 — по конденсату и порядка 55 трлн кубов газа. Арктическая земля также богата твёрдыми полезными ископаемыми. Все эти запасы, включая труднодоступные, могут рассматриваться как потенциальная грузовая база Северного морского пути.

В настоящее время грузопоток связан с развитием в арктической зоне 11 крупных инвестиционных проектов. Такие мегапроекты, как «Ямал СПГ», «Арктик СПГ», Новопортовское месторождение, Норильский промышленный район, «Угли Таймыра», с морской схемой транспортировки уже сегодня обеспечивают загрузку Северного морского пути. И перспективные точки роста для дополнительной генерации грузов, конечно же, ещё формируются.

Говоря об освоении арктической зоны страны, считаю первостепенной задачей сохранение уникальной природы и экологической системы. Во-первых, важным является ликвидация накопленного экологического вреда. Во-вторых, необходимо принимать меры по недопущению повторения подобного, в том числе по решению сложного вопроса управления отходами, развитию системы сбора и переработки, развитию систем особо охраняемых природных территорий, сохранению биоразнообразия. И третье — это самое главное, что сейчас происходит в арктических регионах, — внедрение технологий, нацеленных на минимизацию экологического ущерба на всех этапах освоения и обустройства жизни в Арктике.

Мы с вами вместе формируем новые компетенции, стандарты для Арктики, поэтому дискуссии о человеческом капитале, которые сегодня весь день идут на форуме, крайне важны, чтобы задачи государственной важности были реализованы в интересах государства, в интересах человека и в интересах всего мира. Всем желаю удачи.

Дмитрий Щугорев: Спасибо, Дмитрий Николаевич! Мы вот ещё сейчас зачитывать, конечно, не будем, но скажем, что приветствия форуму также направили мэр Москвы Сергей Семёнович Собянин, министр обороны Российской Федерации Сергей Кужугетович Шойгу, министр экономического развития Российской Федерации Максим Станиславович Орешкин и генеральный директор Агентства стратегических инициатив Светлана Витальевна Чупшева.

Мария Моргун: Дмитрий Николаевич, можно всё-таки Вас ещё расспросить немного об «арктическом голосе» России в международной повестке? Есть такой важный международный орган, как Арктический совет. Он создан в 1996 году. Для тех, кто вдруг не помнит, входят туда Финляндия, Исландия, Дания, Норвегия, США, Канада и Россия — семь арктических государств — и Швеция. Последний раз Россия была председателем в 2004-2006 годах, ближайшие годы будет Исландия председательствовать, а наше следующее председательство — 2021-2023 годы. Какие позиции, какие главные, ключевые вопросы Россия отстаивает, будучи членом Арктического совета? Что ставите задачей на ближайшие годы и как Россия готовится к председательству? Какие-то стоят глобальные задачи на этот период?

Дмитрий Кобылкин: Я об этом рассказал, в принципе, немного. Самые амбициозные задачи, которые мы перед собой поставили, — это выйти к 2024 году по грузопотоку по Северному морскому пути к цифре 80 млн т. О чём это сегодня говорит? Притом что уже немало сделано в Арктике, мы абсолютно убеждены в своих силах, в том, что нам это под силу. Реализовав такие уникальные, на мой взгляд, международные проекты, с участием международных наблюдателей, как «Ямал СПГ» (вы знаете, там участвовала китайская компания CNPC и французская Total), мы являемся флагманами, и всё, что мы делаем в Арктике — инновационно, это очевидно. Нам, конечно, очень приятно, что именно Россия занимает ключевые позиции в этом направлении.

По мере дальнейшего продвижения к 2021 году, как раз когда придёт наше председательство, мы наработаем уже определённые компетенции. Мы и так сегодня уверенно стоим на ногах в Арктике, но я уверен, что к этому периоду времени нам будет что показать международному сообществу и будет о чём рассказать.

Убеждён, что одно из основных направлений — это сохранение арктических территорий, именно жизни коренных малочисленных народов Севера. Мы должны именно так развиваться в Арктике, чтобы не навредить истинным хранителям Арктики. Это наша российская фишка, которая многим странам оказалась не по плечу, у многих она не получилась, а для нас это принципиально и очень важно. Многие из коренных жителей Крайнего Севера, Сибири, Дальнего Востока трудятся сегодня на различных площадках, они вовлечены во властные структуры, они сегодня формируют законодательную базу — это очень важно, на мой взгляд, это принципиально.

А так много что будет сделано в части геологоразведки, открытия новых месторождений. Я убеждён, что мы будем продвигать наши наилучшие доступные технологии именно в Арктике. Мы покажем всему миру то, чем мы уже сегодня можем гордиться. Мы за зелёное топливо в Арктике, в том числе за движение флота на сжиженном природном газе, и мы уже имеем сегодня хорошую практику, это наша гордость тоже. Я думаю, что весь мир будет смотреть, учиться и так же развиваться, тем самым формируя в какой-то степени рынок сжиженного природного газа.

Идей много, хватило бы сил. Люди есть, идеи есть, и у меня есть какая-то уверенность внутри, что мы будем лучшими в Арктике.

Мария Моргун: Спасибо! Дай бог, чтобы все эти идеи были реализованы.

Дмитрий Щугорев: Спасибо, Дмитрий Николаевич! Кстати, некоторые из этих действительно приоритетных направлений в арктической политике России, которые Вы обозначили, мы также перед началом этого пленарного заседания вынесли на голосование тех наших уважаемых коллег, которые сегодня присутствуют сейчас с нами в этом зале.

Давайте посмотрим на результаты голосования. 83 человека проголосовало, сейчас можно уже посмотреть по приоритетам. Ликвидация экологического ущерба — 41%, альтернативная энергетика — 24% (что действительно немаловажно для этого региона), 15% — это использование высоких технологий, 9% — изменение климата, 8% — сохранение традиционного уклада жизни коренных и малочисленных народов Севера. Это то, что как раз сейчас собравшиеся в этом зале по приоритетам расставляют.

На самом деле я не ошибусь, если скажу, что в программу социально-экономического развития Арктики в период с этого, 2018-го, по 2025 год заложены все эти пять принципов, и я уверен, что они будут планомерно приводиться к исполнению. В разработке этой программы, о которой я сейчас сказал, в должности ещё заместителя министра экономического развития непосредственное участие принимал Александр Витальевич Цыбульский. В этом году он был избран губернатором Ненецкого автономного округа. Кстати, очень здорово: сами участвовали в разработке этой программы и сами сейчас будете её исполнять. По-моему, идеальная ситуация, всем бы так.

Александр Цыбульский: Спасибо! Такая неожиданная подводка, скажу честно. Да, правда, имел отношение, слава богу, и до сих пор считаю, что то, что было сделано, правильно. Мы заложили хорошую основу для налаживания особого хозяйственного уклада в арктической зоне Российской Федерации.

Если говорить о том, что бы я сегодня изменил, уже когда перешёл, что называется, из правительства непосредственно в регионы и увидел, как это работает, как принято говорить, на земле… Конечно, я какие-то свои замечания мог бы озвучить, которые, мне кажется, сейчас можно было бы уже взять в работу и применить. Все мы понимаем, что те документы, про которые вы сказали, они такие основополагающие документы, такого высокого целеполагания, но это всё-таки не догмат, который нельзя поменять. Понятно, что жизнь развивается. Дмитрий Николаевич совершенно правильно сказал, что огромное количество проектов уже запущено и ещё больше планируется. Совершенно другое измерение и перспективу получает Северный морской путь, который доказывает свою перспективность и доказывает своё название национальной транспортной артерии Российской Федерации. Понятно, что если всё это начинает работать в полную силу, то это в целом изменяет, если говорить с точки зрения логистики, экономическую смеху всей России. Если раньше мы работали с севера на юг и дальше это расходилось к конечному потребителю, то, что предлагается сегодня, — это, по сути, поднятие всех наших товаров с юга на север, и дальше Северным морским путём, по этой короткой и удобной артерии, они расходятся по миру.

Во всей арктической зоне есть набор регионов, мы все туда входим. Первое, что, мне кажется, правильно было бы сейчас, уже в начале пути, сделать — это чётко определить те критерии, по которым регионы относятся к арктической зоне. Мне кажется, сегодня, когда мы столкнулись на практике, у нас есть сильное смешение понятий Крайнего Севера и арктической зоны. Если мы говорим про Крайний Север — традиционные территории, которые нам известны уже многие столетия, — это, скорее, такие природно-климатические условия, которые определяют особое отношение к хозяйствованию и, как следствие, особое регулирование. Когда мы говорили, как мне кажется, исторически об определении арктической зоны, мы всё-таки исходили из того, что это понятие сугубо экономическое — это те регионы, которые могут в первую очередь дать добавленную стоимость для развития Северного морского пути, и это те территории, которые непосредственно прилегают к Северному морскому пути.

И вот это очень важно сегодня разделить, потому что, мне кажется, сегодня идёт очень большое количество дискуссий по поводу того, является ли арктическая зона территорией Крайнего Севера и должны ли эти понятия с точки зрения льгот, преференций пересекаться. Моё экспертное мнение, даже сейчас не как главы субъекта, а как человека, занимавшегося какое-то время этим вопросом, что эти понятия должны быть разведены. Арктическая зона — это, скорее, предмет особого регулирования с точки зрения развития экономики и правовой базы именно в этом направлении. Это просто, как мне кажется, объясняется изменившейся ситуацией, изменившимися обстоятельствами.

В то время, когда было первое освоение Крайнего Севера, ещё в советские времена, были условия, когда были понятные мегапроекты с очень высокой бюджетной рентабельностью, которые надо было быстро вводить, быстро запускать. Для этого нужно было, первое, чего не хватало на северных территориях, — это население, поэтому, чтобы быстро привлечь туда трудовые ресурсы из других регионов, государство шло на меры, когда оно предлагало особые льготы, особые коэффициенты, особые условия для работы на этих территориях. И это, скорее, касалось территорий Крайнего Севера.

Это всё должно сохраняться, но сегодня (я не к тому, что надо делать по-другому, просто надо понимать, для того чтобы решить проблему, исходные условия) исходные условия поменялись. Сегодня проблема ровно обратная. У нас сегодня уже есть достаточное количество крупных мегапроектов, которые запущены и функционируют на территориях Крайнего Севера и арктической зоны. Они с каждым годом автоматизируются, тем самым высвобождается большое количество трудовых ресурсов, и сегодня, скорее, перед нами стоит задача, где трудоустроить этих людей, как обеспечить их будущее, как обеспечить их труд. И к этой проблеме сегодня надо подходить в том числе и с этой точки зрения.

У нас рыночная экономика. Сегодня рынок определяет эффективность того или иного проекта. Мы сегодня не можем государственным образом сказать, что вот эти люди должны работать, несмотря на то что вам, бизнесу, они стоят в два раза дороже. Это объективная реальность. Конечно, бизнес сегодня снижает для себя издержки, и в этом смысле получается, что люди, живущие на территориях субъектов, главы которых здесь присутствуют, становятся менее конкурентоспособными. Это вторая проблема, которая тоже и в этой стратегии, и в госпрограмме сегодня должна найти отражение: какое регулирование найти, для того чтобы эти люди становились конкурентоспособными, или каким иным образом нам их вписать в эти хозяйственные цепочки.

Второе, я уже однажды об этом говорил. Мы в своё время предложили (и это было поддержано правительством, президентом) идею развития арктической зоны через формирование опорных зон. Опорные зоны, по сути, — это была идея проектного управления вокруг минерально-сырьевых центров, такого осознанного территориального планирования развития территорий. Когда я работал в правительстве, мне казалось, что эти проекты могут быть ограничены границами субъектов и это будет правильным подходом. Сегодня я это говорю и ещё раз готов подтвердить: конечно, это невозможно. Для развития макрорегиона Русской, Российской Арктики это можно делать только через очень глубокую межрегиональную кооперацию.

Мы, по сути, все арктические субъекты, выходящие к Северному морскому пути, обладаем одними и теми же конкурентными преимуществами, одними и теми же проблемами. Если мы сегодня каждый сам по себе будем развивать и лоббировать реализацию своего проекта… Это очень хорошо, если у нас всех получится, но у нас не получится это сделать без федеральной какой-то поддержки, а понятно, что и регионального, и федерального бюджета не хватит на то, чтобы одномоментно реализовать все эти проекты. Простой пример: на Ямале есть Саббета, в Архангельской области — проект «Белкомур», у нас есть проект «Индига», ещё какие-то идеи. Если мы их все одномоментно запустим, это будет, наверное, замечательно, но точно не хватит ресурсов. Я к чему говорю? Мне очень приятно, что сегодня Минприроды заняло такую очень проактивную позицию и готово координировать эту деятельность — то, чего, мне кажется, не хватало.

Я говорю о том, что развиваться нам каждому по-своему не получится. Нам нужен сильный координатор, который бы сводил воедино эти наши инициативы. Условно говоря, нам нужна сначала чёткая стратегия развития Северного морского пути, которая бы нам чётко показала перспективы развития загрузки той базы, о которой мы говорим, затем выстраивание приоритетов по регионам. Это такая в мягком виде специализация каждого из регионов и его роль в этом процессе с чёткими ресурсами, с чёткими датами, когда он в этот проект входит, чтобы все открыто понимали. Надо сказать людям о том, как мы развиваемся, как мы в этом процессе себя видим и в дальнейшем планомерно идти, развивая арктическую зону Российской Федерации.

Это если в двух словах. В целом я согласен с тем, что всё то, что было сделано, заложило очень правильную основу (сам себя не похвалишь, от других могу не дождаться). Но тем не менее то, что это точно требует определённой корректировки и должно быть живым инструментом, который меняется, исходя из меняющихся обстоятельств, фактически ежегодно, — это тоже правильно. И не надо этого бояться, надо идти в этом направлении. Спасибо!

Дмитрий Щугорев: Спасибо!

Мария Моргун: Спасибо! Хочется сразу задать вопрос вашему соседу и коллеге Дмитрию Андреевичу Артюхову, губернатору Ямало-Ненецкого автономного округа. Во-первых, согласны ли вы с основными тезисами? Я буквально в двух словах напомню, что, во-первых, Ямало-Ненецкий автономный округ является одним из наиболее промышленно развитых регионов Крайнего Севера, по итогам прошлого года 72% инвестиций в Российской Арктике были сделаны в проекты на Ямале, общая сумма превысила 1 трлн рублей. Собственно, вопрос: согласны ли вы с высказыванием коллеги и каким вообще вы видите сохранение баланса между столь активной экономической деятельностью по добыче природных ресурсов в Арктике и сохранением её самобытности и её уникальной экологической системы?

Дмитрий Артюхов: Добрый день, дорогие друзья, уважаемый Дмитрий Николаевич! Рад всех приветствовать на столь замечательном мероприятии, ставшем уже традицией, «Днях Арктики в Москве». Очень хорошо, что такой форум проходит, где можно достаточно откровенно в таком современном формате обсудить текущие вопросы.

Первое, Мария, что вы спросили, — позицию Александра Витальевича, конечно, полностью поддерживаю. Действительно, мы об этом говорили на разных площадках неоднократно, Арктика огромная, ресурсы у государства, хоть это и приоритет, всё равно ограничены, поэтому определённая координация, государственная координация должна быть. Причём идти мы должны за бизнесом, за крупным бизнесом в первую очередь.

Простой пример, будем говорить про Ямал, проект «Ямал СПГ». Все знают его как «арктическую звезду», которая в таком арктическом спокойствии пробудила всё: лёд треснул, инвестиции огромные. Действительно 1 трлн рублей, мы два года держим инвестиции свыше 1 трлн рублей — немыслимые цифры для многих регионов, это всё благодаря таким крупнейшим проектам. А что это было по сути? Это частная компания вместе с иностранными партнёрами решилась на сверхамбициозный проект в Арктике — в необычайно сложных условиях сделать крупные инвестиции. И государство пошло навстречу, выполнило ту роль, которую должно было сделать, связанную с обеспечением базовой инфраструктуры: судоходный канал, ледозащитные сооружения. На самом деле в масштабах всего проекта это составило 5% от инвестиций. Проект мы оцениваем почти в 2 трлн, из них государственных вложений было порядка 100 млрд рублей. Но вот такое сочетание, правильное распределение ответственности привело к тому, что у нас 55 регионов страны получили заказ — тысячи, десятки тысяч, как мы считаем, рабочих мест были созданы по всей стране. И это было всем — и Архангельск получил огромный эффект, благодаря тому, что логистика была почти вся через Архангельск, через Мурманск. Да в целом на самом деле это огромный эффект для Арктики произошёл. Поэтому такая координация нужна.

В своё время, если уж совсем буквально, это было распоряжение правительства Российской Федерации, где были обозначены ответственные, сроки, включая координацию частного бизнеса. В 2010 году этот документ был принят, и сегодня мы видим, что через пару недель у нас будет запущена третья очередь. В прошлом году президент открывал первую очередь. Проект подходит к своему завершению. Уникальный случай — в таких условиях, в рамках бюджета и в первоначально утверждённые сроки. Это то, что произошло в Арктике.

Поэтому, безусловно, эта координация нужна, форматы сейчас появляются — это и госкомиссия, и деятельность министерств, Министерства природных ресурсов. Чем больше будет специалистов (у нас в последнее время много любви к этой теме, а специалистов порой не хватает), чем больше профессионалов будет заниматься Арктикой, профессионально оценивать логистические возможности… Вот Вячеслав Владимирович присутствует от «Атомфлота» (Рукша Вячеслав Владимирович, заместитель генерального директора — директор дирекции Северного морского пути госкорпорации «Росатом». — Прим.ред.). Многие вещи на самом деле понятны, надо их просто положить на бумагу, вставить сроки, ответственность, и тогда у нас всё будет получаться.

Отвечая на второй вопрос, который вы затронули, — это по части сегодняшней тематики, как было заявлено по докладу, это экологический баланс, — я попрошу включить следующий слайд про наше коренное население. Как вы все знаете, Ямал испытывает огромное промышленное освоение, мы об этом говорим как раз сейчас, при этом мы отмечаем очень важный, я считаю, ключевой знак — количество коренного населения на Ямале растёт, а также растёт количество наших «хранителей тундры», кто ведёт традиционный образ хозяйствования. Несмотря на всё то, что происходит, — а происходят действительно существенные изменения, появляются новые заводы, новые промыслы, они уходят всё дальше на север, это должно в классическом понимании мешать, препятствовать, — мы видим рост, видим рождаемость, видим детей. Конечно, это происходит не просто, требуется поиск баланса, но мы сегодня, наверное, ещё об этом поговорим. На Ямале нам удаётся находить эту тонкую грань, когда традиционное хозяйствование сочетается с приходом крупных производств. Получается, что на одной земле можно добывать стране огромные доходы, создавать мощные производства, при этом не нарушая традиционное хозяйствование.

Что делается нами? Конечно, как показано на слайде, здесь необходимо максимальное вовлечение науки. Север требует серьёзного подхода. Мы создаём свои научные центры, прекрасно понимаем их возможности (они ограничены), поэтому Ямал и в целом Арктика должны быть площадкой для научного сообщества всего мира. И специалисты по криогенным процессам, по животным, которые обитают в нашей зоне, должны приезжать. Мы для них создаём условия, буквально это стационары, где есть возможность комфортно разместиться, находясь в отдалённых местах, и вести свои научные исследования. Будь то преподаватель или научный сотрудник Московского государственного университета, Тюменского университета, мы должны такие площадки создавать.

Также на слайде указан рыбоводный завод в посёлке Харп — очень важный пример того, как бизнес тоже идёт навстречу научному подходу к балансу в Арктике. Завод разводит малька ценных пород рыб. Мы в последние годы наблюдали, к сожалению, снижение их популяции. Разные причины, мы всё-таки больше связываем это с переловом, обычным браконьерством, тем не менее ситуацию надо выправлять. Вместе с компанией «Новатэк» был построен этот самый современный с научной точки зрения завод, он уже вышел на свою мощность. Выпускает малька, и мы видим, что этот негативный тренд приостановился, и надеемся, что показатели пойдут в рост. Это сложные процессы, они требуют большого времени. Сейчас будем создавать его филиал на другой арктической реке — на реке Таз. Будет такой же филиал, будем зарыблять.

Что ещё про экологию? Очень важно, конечно, волонтёрское движение. Мы с вами живём в Год волонтёрства, добровольчества, как объявил наш президент. Этой темой на Ямале занимаются уже давно, качественно. Я вижу наших ребят-волонтёров в зале, хочу им отдельное спасибо сказать. Что делается? Вы видите, там трава зелёная, а ещё недавно, Дмитрий Николаевич помнит, всё было вот в таких бочках, это всё было разрознено, наследие было непростое. Международный проект, десятки участников, десятки стран мира, ребята приезжают — у нас очередь на короткий летний сезон, чтобы принять участие, прикоснуться к Арктике по-настоящему и внести такой неоценимый вклад в её экологическую очистку. Остров Белый у нас уже чистый, на этом слайде вы видите остров Вилькицкого — самая северная точка, названный в честь нашего известного первооткрывателя, в этом году проект начался.

Идём дальше. Следующий слайд — это наше наследие, Харасавэйское месторождение. В своё время была экспедиция мощная, видно, что когда в 1990-х все всё покидали, осталось вот такое наследие. Со следующего года начинаем и этот проект, также вместе с волонтёрами. Думаю, за два года мы должны всё это убрать. Надеюсь, мы с вами встретимся на восьмых, на девятых «Днях Арктики в Москве», и мы вам покажем уже гораздо более симпатичные картинки.

Этой деятельностью надо заниматься системно, она за день не решается. Вы видите, сложнейшая логистика. Ребята, наверное, рассказывали на сегодняшней секции по добровольчеству, каких это усилий требовало: тяжело доставить, тяжело обеспечить их работу. Тем не менее этим надо заниматься. Ключевые компании, которые работают в регионе, этому помогают. Учим школьников в «Артеке» тому, как надо заботиться об Арктике, чтобы уже с раннего возраста рассказывать, показывать, вдохновлять, и тем самым, уверен, мы с вами добьёмся такими шагами, что у нас Арктика будет становиться ещё лучше и чище. Спасибо!

Дмитрий Щугорев: Спасибо, Дмитрий Андреевич. Вот вы сказали «лёд треснул». У нас в тех широтах чтобы лёд треснул, надо ещё помочь это сделать, а все мы знаем, что у России действительно такая историческая роль, связующая роль между Востоком и Западом, об этом всегда и во все времена говорили. Пока ещё автомобильное движение из одной части света в другую в перспективе, как и железнодорожное в принципе тоже, Северный морской путь для развития всего Арктического региона, по-моему, первостепенное значение имеет. В том числе и для того (вот мы говорим о развитии туризма), чтобы люди туда приезжали, чтобы они посмотрели, что из себя представляет Русский Север. Действительно, это тоже всё немаловажно. Я сейчас хотел бы слово дать слово заместителю генерального директора «Росатома», главе дирекции Северного морского пути Вячеславу Владимировичу Рукше.

Мы все прекрасно понимаем, что сейчас строятся ледоколы нового поколения. Я так понимаю, что у «Росатома» много экологических программ. Всё идёт к тому, чтобы снизить этот прессинг на экологию. То есть здесь можно с этой точки зрения не волноваться?

Вячеслав Рукша: Да. Я только хотел сказать, конечно, нельзя забывать, что я почти с 1976 года занимаюсь атомной энергией для использования в целях ломания льда. Поэтому здесь я могу быть необъективным, но, на мой взгляд, всё же атомная энергия — самая «зелёная» энергия на сегодня. Потому что кроме небольшого тепла, если правильно соблюдать безопасность и правила управления…

Жаль у меня в конце доклада, но я попробую быстро показать то историческое наследие первых, бесспорно, годов 1950-1960-х, когда, конечно, таких технологий не было. У нас тоже были свои исторические объекты, напомню, такие знаменитые — плавучая техническая база «Лепсе» с отработанным ядерным топливом. Это такой объект, который даже через 10 тыс. лет может представлять угрозу. Конечно, я очень рад доложить сегодня здесь в первую очередь, что исторические проблемы тех первых шагов атомного ледокола «Ленин» с установкой ОК-150, затем установка ОК-900… Сегодня мы впервые утилизировали атомный ледокол «Сибирь» наиболее экономичным способом с извлечением атомной установки. Также уже два года техбаза «Лепсе» находится на судоремонтном заводе «Нерпа», и мы надеемся в следующем году приступить уже к реальному вывозу топлива оттуда, и года через два эта упаковка попадёт на Сайда губу и будет уже абсолютно безопасной.

Второй большой объект для Кольского полуострова — это вывоз отработанного ядерного топлива из знаменитой губы Андреева. Мы к этой задаче приступаем. Сейчас сложно сказать, какой временной период она займёт, это может быть три-четыре, а может быть, и пять лет. Может быть, чуть быстрее, просто надо посмотреть по первым темпам выгрузки топлива.

Это наш самый главный ответ, как я смеюсь, это наш второй большой приход атомной энергии в Арктику, на Северный морской путь как самой «зелёной» энергии для арктических вод. Конечно, я готов с радостью доложить вам: мы начинаем с того, что за предыдущие 10 лет (а атомный ледокольный флот оказался в корпорации «Росатом» в 2008 году) эти проблемы решены. Поэтому у нас 2018 год с Дмитрием Николаевичем… Он-то юный карьерист, я его поздравляю ещё раз с новым назначением, а я-то уже второй раз, поэтому я такой старенький карьерист и у меня даже, видите, новая должность появилась, поэтому я сегодня представляю государственную корпорацию «Росатом», а не «Атомфлот».

Ещё позвольте, я быстро попробую. Конечно, та задача, про которую мы все говорим, она была сказана на той знаменитой первой отгрузке с Сабетты. И вот нижняя часть развития ледокольного флота, подчёркиваю, и Севморпути позволит осуществлять отгрузку с «Ямал СПГ» во все части света круглый год. Напомню, что Россия в разных своих ипостасях — великой империи, Советского Союза, сегодняшней России — очень сильно двигалась проливом Балтийским, Черноморским, не буду говорить, где мы там находимся на этом пути сегодня, но мало кто знает, что практически с 1525 года появилось понятие «северный морской путь». Мы в те времена великих географических открытий точно так же пытались найти свой русский путь в Индию, но, к сожалению, с помощью парусной тяги и тех технологий не удавалось.

Эта картинка Минприроды, которую уже показывали. Единственное, почему я её показал, я считаю, что у нас очень сильно развито всё, что связано с западной частью Арктики, я бы так сказал, с Карским морем, и практически нет никакой активности в восточном секторе, не считая, кто знает, нынешнего более активного развития Чаловско-Билибинского региона. Поэтому, конечно же, чтобы то конкурентное преимущество, особенно связанное с углеводородным сырьём… Это в первую очередь, как мы теперь понимаем, самый быстро растущий рынок сжиженного газа. Слава богу, компания «Новатэк» по тому знаменитому распоряжению, которое упоминалось, потому что я лет 30 занимался темой морской транспортировки сжиженного газа, слава богу, это свершилось. Но сегодня было радостное событие. Я поздравлял генерального директора Кота Евгения Анатольевича (заместитель председателя правления — директор департамента по развитию СПГ-проектов ОАО «Новатэк» — Прим.ред.), он мне сказал, что началась эксплуатация третьей очереди. Видимо, специально к дню своего рождения приготовил, но с утра доложил.

Поэтому, конечно, ещё раз хотел сказать, тот величайший проект и те, когда мы говорим, 80 млн тонн… Жалко, что здесь нет Министерства энергетики, напоминаю, там половина будет сжиженный природный газ. Не знаю пошутить ли, я как всё же представитель Мурманской области… Сколько я себя помню, а в первый раз я в 1998 году познакомился, когда вице-президент, не буду специально называть его фамилию, приезжал (у нас есть атомный ледокол «Ямал») и помню тогда нашего губернатора, они начали дискуссию кто-сколько. Он говорил: «Ну нам "Норильский никель" два самолёта купил». А мы, говорит, целый аэропорт построили и девять самолётов. Напомню, тогда бюджет Ямало-Ненецкого автономного округа был раз в шесть больше Мурманской области. По моим данным, сегодня в 10 раз больше. Поэтому, конечно, тема крайне важна, то, что было сказано Александром Витальевичем, и равномерность развития регионов, и те задачи — полное планирование. Очень жалко, что он со своей чудесной работой попал в «ссылку» или, наоборот, радость, — в Нарьян-Мар, не знаю, как его тоже поздравлять, но вопрос крайне важный, я считаю. Видите, здесь опять на этой картинке показано, что все действующие арктические проекты это всё же в основном сейчас Обская губа и по-прежнему Енисейский залив и Енисей с задачами Норильского комбината.

Важнейшее, что хотелось бы здесь опять сказать, я уверен, что Дмитрий Николаевич в новой должности, уже сказали, пытается координировать. Я считаю это поручение его, которое как-то не очень выполняется, но тема создания мощнейшего… Я слово «кластер» не очень люблю, как и все английские слова, Пушкин как-то там нервничает, знаете, но если всё же говорить о газовом кластере, именно сжиженного газа, то по крайней мере пока одна компания «Новатэк» говорит о 70-80 млн тонн. И понятно, что по той известной теории «телушка — полушка, да рубль перевоз», вопрос уже круглогодичного развития Северного морского пути с учётом особенно рынка сжиженного газа…

Кстати, сейчас как-то немного отрицательно говорят о рынке каменного угля, но по тому, что я вижу из прессы, идёт замещение плохих каменных углей на более качественные, которые меньше опять-таки нарушают экологический баланс. И в этой части тема таймырского угля… Дмитрия Николаевича тоже знаю уже почти 10 лет, но хотелось бы получить, может быть, уровень такого, знаете, такого же распоряжения, как есть распоряжение по двум проектам по сжиженному газу. Потому что, конечно, такие проекты, мегапроекты арктические… Кстати, они очень точечные, хотел бы поддержать тоже тему главную — что мы не имеем права сегодня на новом этапе ни нанести вреда окружающей арктической природе, ни нарушить баланс жизни коренных народов. Но все крупные мегапроекты по площади их… Если на карте (хотел сделать слайд) тот же проект «Ямал СПГ», его же вообще не видно. Я не буду врать, сколько по площади он занимает от общей, но, по-моему, там точно где-нибудь тысячные процента. И крайне важно, что действительно такие крупные проекты при нынешних технологиях фактически какую-то точку занимают, но дают совершенно другое.

А эта картинка показывает те слова, которые сказал наш президент, что бесспорно. И здесь, в этой части, корпорация видит свою задачу — всё же обеспечить эффективную… Вспоминая Александра Витальевича, впервые так, что даже атомный ледокол окупался, пусть на периоде 25-30 лет. На мой взгляд, в новых арктических проектах мы не имеем права делать проекты, которые только затратные или играют какую-то роль в безопасности. Уверен, что это всё равно должна быть коммерческая основа, и, может быть, эти проекты, наконец, позволят и у нас в России найти длинные деньги на 15-25 лет, потому что это инфраструктура, которая позволит, конечно, двигаться дальше. Это всё знаем, я просто эту картинку всегда привожу, чтобы сказать, что сегодня в Арктику пришло другое судоходство. Базовое судно «Ямалмакс» 300 м длиной, 50 шириной, сама масса судна 92 тыс. т, 77 тыс. т груза, или 170 тыс. кубов. Меня поразила цифра, что 170 тыс. кубов — это месячное потребление газа в столице Испании городе Мадриде.

А вообще, кстати, «Ямал СПГ» — это примерно половина того известного проекта, который мы регулярно видим и по «России 24»: «Сила Сибири» — 55 млрд кубов в год. Так вот «Ямал СПГ» — это половина «Силы Сибири». Будет «Арктика СПГ-2», это масштаб тот же, но при этом этот газ достаточно эффективно уже доедет аж до Индии, не то что до Китая. И вот тот мастерплан, который мы выполняли, впервые ставя задачу восточного направления… Кстати, делали до выхода указа, поэтому у нас цифра стоит не 2024-й, а 2025 год, такой двухэтапный. Схема простая.

К сожалению, всё же атомный ледокол строится долго, поэтому мы считаем, что нужен такой «кулак» из универсальных ледоколов, это 60 мегаватт. Их построить пять умудриться, чтобы выдержать темпы десятилетние, приступить к строительству ледоколов на 40 мегаватт для замены в Карском море на газомоторном топливе. И такой проект на класс уже сделан ФГУП «Атомфлот», сейчас мы объявляем тендер и так далее вместе с компанией «Новатэк». Для этих целей будет создано совместное предприятие. И к радости сегодня должен вам доложить, вполне возможно уже все знают, что отдельным указанием президента мы приступаем к строительству головного ледокола «Лидер» на дальневосточной верфи «Звезда» с задачей приступить к строительству в 2020 году и сдать ледокол в 2027 году. Так что я ещё, как бы сказать, увижу этот ледокол. Быстро такой мастерплан. Я просто здесь хотел тоже немножко похвастаться.

Конечно, понимая сложности при строительстве таких проектов, мы также продляли ресурс действующих ледоколов. В 2008 году, когда атомный ледокольный флот пришёл в корпорацию, это было 100 тыс. часов. Сегодня мы вынуждены отчасти, это действительно так, выходить на ресурс 260 тыс. часов. Дальше не продлить, потому что даже действующие ледоколы, которые были рассчитаны на срок службы 22,5-25 лет, будут работать по 35-37 лет, я очень надеюсь, но здесь тоже требуются колоссальные усилия. Я всегда привожу простой пример. Когда мы начали строить три ледокола на Балтийском заводе, там работали 1,2 тыс. человек со средней оплатой труда 31 тыс. Сегодня работают 6,5 тыс., средняя оплата труда — 65 тыс. Дмитрий Николаевич, эти арктические проекты иногда этот мультипликатор не показываем в конкретных цифрах, на конкретных объектах, но по Балтийскому заводу, ещё раз я повторюсь, 1,2 тыс. начинало работать, через пять лет это уже 6,5 тыс. Даст бог, что мы продолжим строить серию и всё же Балтийский завод в очередной раз не будет банкротом.

Если говорить о короткой задаче, которая ускорилась, действительно мы видим, что необходимо ускорить строительство третьего и четвёртого серийных ледоколов, потому что без этого ледокольного обеспечения эти два проекта — таймырский уголь и Пайяхское месторождение сырой нефти — не будут обеспечены. Вот такие богатыри строим. Я очень надеюсь, что наша инфраструктурная задача позволит всем — и субъектам, и инвесторам в арктическую зону, неважно в опорную или особую, или ещё в чего-то, но позволит свои те ложки впервые напрямую продавать и на рынке Тихого океана. Спасибо.

Мария Моргун: Вячеслав Владимирович, спасибо большое.

<…>