Аналитический обзор
Сагалевич Анатолий Михайло­вич
© Из личного архива

«Арктика-2007»: выход в закрытый гидрокосмос

В 2007 году в рамках экспедиции «Арктика-2007» состоялось первое и на сегодняшний день единственное погружение на дно океана на Северном полюсе. Глубоководные аппараты «Мир» опустились на глубину 4300 м под ледяной купол толщиной около 2 м. Участник погружения, доктор технических наук, профессор Анатолий Сагалевич ответил на вопросы редакции arctic.ru.

Как возникла идея погружения на Северном полюсе?

Идея пришла в беседе с моими иностранными друзьями Доном Уолшем и Майком Мак-Дауэллом. Дон Уолш участвовал в туристическом круизе на Северный полюс на одном из наших ледоколов, и они с Майком обсуждали, можно ли там погрузиться. Майк сказал, что это невозможно. Дон Уолш сказал, что он знает одного человека, который это может, и назвал мою фамилию. Мы с ним старые друзья. Дон Уолш в 1960 году с Жаком Пикаром погружался в Марианскую впадину, в самую глубокую точку планеты, и длительное время они были единственными людьми, которые были в Марианской впадине. Потом к ним присоединился в 2012 году Джеймс Кэмерон, который у нас прошёл большую школу глубоководных погружений на аппаратах «Мир».

В 1998 году Майк приехал в Москву и зашёл в мой кабинет. Здесь и родилась эта идея о погружении на Северном полюсе, просто в беседе. Следующие 9 лет ушли на техническую подготовку экспедиции, поиски финансирования. Все технические проработки были подчинены решению главного вопроса — обеспечению безопасности погружений. Ещё никто в истории даже не пытался совершить погружение на глубину более 4000 м под лёд на Северном полюсе. Необходимо было решить проблему обратного выхода аппарата «Мир» с большой глубины в небольшое водное пространство — полынью диаметром в несколько десятков метров на поверхности. Для решения этой задачи были разработаны специальные гидроакустические средства, разработана новая методика навигационных определений положения аппарата «Мир» в подлёдном пространстве в толще воды. Кроме того, были усовершенствованы балластная система аппарата и движительный комплекс. Погружение было намечено на 2007 год, который был номинирован Полярным годом.

Разговор на эту тему мы начали с Артуром Чилингаровым ещё в 2003 году (Артур Николаевич Чилингаров — президент МОО «Ассоциация полярников», специальный представитель президента РФ по международному сотрудничеству в Арктике и Антарктике, Герой Советского Союза, Герой Российской Федерации, член-корреспондент РАН), когда у нас уже в техническом плане многое было готово. И Чилингаров очень много сделал для того, чтобы обеспечить организационную часть этого похода.

Какие сложности были при погружении в Арктике по сравнению, например, с Байкалом?

Сложности были обычные. Толща воды есть толща воды. При погружении мы проходили слои разной плотности, где пропадали гидроакустические сигналы маяков, ухудшалась связь, но мы были к этому готовы. Это обычное явление. Когда мы сели на дно, поднялись со дна частицы ила, исчезла видимость, но мы этого ожидали. Всё как в обычном погружении. Особых сложностей не было.

Сложности начались при всплытии. Во-первых, мы оказались на расстоянии 1,5 км от нашей исходной точки ухода под воду, что было обусловлено сносом аппарата в толще воды и дрейфом льда на поверхности. Во-вторых, на Северном полюсе не работают гирокомпасы, и нам приходилось определять направление на полынью экспериментально, меняя курс аппарата и определяя дистанцию до исходной точки по системе навигации. Но когда вышли на судно обеспечения «Академик Фёдоров», нас ждало довольно тяжёлое испытание. На судне было включено кормовое подруливающее устройство (устройство, струёй отгоняющее мелкие льды от судна и прижимающее его к массиву льда. — Примеч. ред.). Конечно, когда аппараты всплыли, его надо было выключить, но оно работало, и нас отбросило от судна. Путём долгих маневрирований в течение 20 минут мы всплыли в нужном месте и нас зацепили и подняли на борт. Наши 9-часовые подводные приключения закончились благополучно.

Какие научные задачи стояли перед этой экспедицией?

Необходимо было отобрать пробы грунта и животных, а также поставить российский флаг в точке настоящего Северного полюса. Всё это было выполнено.

Экспедиция «Арктика-2007» вызвала большой резонанс в США и Канаде. Зарубежные политики, в частности, говорили, что эта экспедиция — попытка России застолбить за собой права на арктический шельф. Так ли это?

Премьер-министр Канады сказал, что мы узурпировали Северный полюс тем, что поставили флаг. Во время телемоста с Лондоном, который транслировался на весь мир, меня спросили: «Как вы относитесь к словам премьер-министра Канады?» Я сказал: «Вы знаете, в 1969 году американцы прилетели на Луну. Нил Армстронг вышел из космического аппарата и поставил флаг, но никто же не сказал, что Луна стала американской».

Один спуск аппарата не может определить границы арктического шельфа, и говорить о том, что главной целью было расширить границы арктического шельфа России, нельзя. Не это было главное. У нас был выход в закрытый гидрокосмос, никто раньше этого не делал. Рано или поздно это понадобится, и мы теперь знаем, как это делать, потому что до этого люди думали, что мы сошли с ума. Даже мои коллеги из Соединённых Штатов, когда я говорил, что мы будем погружаться на Северном полюсе под лёд на большую глубину, крутили пальцем около виска. Но дело в том, что такой момент придёт, когда такие операции будут необходимы. И мы теперь знаем, как это делать и технически, и методически.

Если говорить об арктическом шельфе, то нет никаких законов, которые определяют шельф с точки зрения продолжения структур на суше. Вот предположим, что хребет Ломоносова является продолжением Сибирской платформы. Доказать это, конечно, можно, но не с помощью одного погружения подводных аппаратов. Вопрос в другом. Я однажды был на конференции в Вашингтоне, и там одна из секций была посвящена разделу океана в будущем. Там высказывались разные мнения о том, как очертить границы шельфа и как вообще разделить океан на зоны влияния… Очень интересно ответил представитель Исландии. Он сказал, что Срединно-Атлантический хребет (САХ) зарождается в районе Исландии, а дальше он проходит через весь океан. Так если делить по такому принципу, то весь САХ принадлежит Исландии. Поэтому необходимы какие-то регулирующие документы.

А в чём для вас значимость экспедиции в Арктику?

Для меня как для учёного, инженера это, во-первых, конечно, достижение человеческое, во-вторых, это, конечно, достижение инженерное. Я вам прочитаю выдержку из статьи («Репортаж из-под ледового купола», А.М.Сагалевич, журнал «Природа», 2007, №10). «К сегодняшнему дню более 400 (437) жителей нашей планеты летало в космос. Всего 13 человек побывало на Луне. Только два человека покорили максимальную глубину океана в Марианской впадине — около 11 000 м. Но до сих пор никто не видел настоящего Северного полюса — дна океана под сплошным покровом льда. Никто не рискнул спуститься на дно северной вершины Земли на глубину 4300 м под ледяной купол толщиной 2-2,5 м. А мы рискнули и победили! Да, это была победа. Победа человеческого разума, воли, смелости, дерзаний, стремлений постичь неизвестное, не покорявшееся никому прежде. Это был прыжок в неизведанное…». Вот что такое это было в моём понимании.