Аналитический обзор
Ямкин Сергей Миронович, председатель Законодательного Собрания Ямало-Ненецкого автономного округа
© Из личного архива

Сергей Ямкин: Необходимо систематизировать законодательство, регулирующее вопросы коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока

О трудностях коренных малочисленных народов Арктики лучше всех знает тот, кто постоянно с ними сталкивается. Arctic.ru поговорил с председателем законодательного собрания ЯНАО Сергеем Ямкиным об основных проблемах коренных малочисленных народов Севера (КМНС) и о том, что власти делают, чтобы их решить.

Сергей Миронович, с какими проблемами сталкиваются сейчас коренные и малочисленные народы Арктики?

Наш регион — одно из немногих мест в мире, где сохранился и оберегается традиционный образ жизни и хозяйствования коренных жителей. Позитивность ямальского опыта не раз отмечалась на самых разных уровнях. Вместе с тем, являясь одним из самых благополучных субъектов РФ, входящих в арктическую зону, мы не можем до конца решить все проблемы КМНС. По большей части это проблемы, характерные для всех северных субъектов, и связаны они в первую очередь с несовершенством действующего законодательства.

Например, проблема получения положенных льгот лицам из числа КМНС. И все потому, что в российских гражданских паспортах сейчас нет графы «национальность». Людям приходится в суде доказывать, что они являются представителями малых народов. Мы уже не раз предлагали передать на уровень субъектов полномочия по выдаче специального документа, подтверждающего отнесение гражданина к категории коренных малочисленных народов Севера.

Еще одна проблема — это отторжение территорий под промышленное освоение. О масштабных инфраструктурных и транспортных проектах, которые сегодня реализуются и которые необходимы для развития и региона, и всего государства, говорилось не раз на различных площадках. Отмечу лишь, что главное — обеспечить баланс интересов между промышленным освоением и сохранением традиционного уклада жизни коренных народов Севера.

Существуют также проблемы с закреплением долей квот добычи водных биоресурсов во внутренних водоемах, полным запретом на вылов в определенные периоды времени и по ряду других вопросов.

Как законодательное собрание помогает в их решении? Как вообще официальные власти могут помочь им?

Эта сфера общественных отношений требует особых подходов в организации производства и в управленческой практике. Государственная политика на Севере должна обеспечивать бесконфликтное сосуществование совершенно разнополярных и несовместимых субъектов: промышленности и постоянно проживающего здесь населения. На Ямале мы давно усвоили эти принципы, поэтому важнейшим приоритетом государственной политики округа является согласованный подход и позиция сторон, участвующих в освоении территории, в нормах и правилах, которые формулируют взаимоотношения властных структур, общин коренных народов и хозяйствующих субъектов.

У нас принято около 40 законов округа, напрямую связанных с вопросами прав коренных малочисленных народов Севера и этнических общностей, из которых 8 так называемых титульных. Это законы об оленеводстве, о территориях традиционного природопользования, о защите исконной среды обитания, о факториях, о родных языках коренных малочисленных народов Севера и так далее.

Органы государственной власти и местного самоуправления сотрудничают с предприятиями топливно-энергетического комплекса. Большинство нефтегазовых компаний, работающих на территории округа, заключают ежегодные или долгосрочные договоры с органами местного самоуправления, общинами коренных народов Севера, на землях которых они ведут свою производственно-хозяйственную деятельность. За счет средств этих компаний проводятся компенсационные и природоохранные мероприятия, ведется строительство жилья, осуществляется социально-экономическое развитие территорий проживания коренных малочисленных народов Севера, решаются иные насущные проблемы.

Об эффективности региональной политики в отношении коренных северян, на мой взгляд, также свидетельствует тот факт, что за последние 10 лет численность аборигенного населения на Ямале выросла на 11%. На данный момент в Ямало-Ненецком автономном округе проживают более 40 тыс. представителей коренных народов, из которых 40%, или 16 тыс. человек, ведут традиционный кочевой образ жизни.

Какие проблемы сейчас обсуждаются членами законодательного собрания?

Сейчас готовится к рассмотрению проект закона «Об оленеводстве в Ямало-Ненецком автономном округе» в новой редакции. Он направлен на создание условий для эффективного и устойчивого развития оленеводства как основного вида традиционного образа жизни и хозяйственной деятельности КМНС.

Также готовится принципиально новый проект регионального закона «О гарантиях основных прав коренных малочисленных народов Севера ЯНАО». В нем мы ставим цель законодательно закрепить разрозненные в многочисленных отраслевых нормативных правовых актах меры государственной поддержки, направленные на сохранение традиционного образа жизни в местах традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности.

Какое внимание уделяет законодательное собрание вопросу сохранения культурного и исторического наследия народов?

В своем законодательстве мы постарались учесть не только социально-экономические особенности Ямала, но и его этнокультурные традиции.

Окружные программы предусматривают поддержку народных художественных промыслов, фольклорной деятельности КМНС, сохранение нематериального культурного наследия этих народов. Также реализуются окружные целевые программы, направленные на сохранение традиционного образа жизни, культуры и языка коренных малочисленных народов Севера, ведется поддержка общин.

К примеру, в целях сохранения языка, пропаганды культуры, искусства и традиционного образа жизни выходят теле- и радиопрограммы на языках коренных народов, а также печатные издания.

В регионе организованы кочевые школы и детские сады: небольшие на факториях или сезонные — в зависимости от образа жизни коренного населения. Несколько лет назад мы поняли, что модель образования детей коренных народов в школах-интернатах приводит к потере подрастающим поколением культурных традиций своего народа. Преимуществом же кочевой школы является более тесная связь между родителями и детьми, возможность для учащихся находиться в условиях традиционного уклада жизни. Поэтому мы закрепили в нашем законодательстве такие формы образования детей, и сегодня кочевые школы и детские сады успешно развиваются. Дети не только получают знания по общеобразовательным предметам, но и овладевают навыками ведения традиционной хозяйственной деятельности, народных промыслов и ремесел.

Сотрудничаете ли вы с федеральными властями по решению проблем КМНС?

Безусловно. Если мы видим, что проблему на региональном уровне не решить, то ведем переговоры с федеральными ведомствами, пытаемся решить вопросы через своих представителей в Государственной Думе и Совете Федерации, выходим с законодательными инициативами. Это довольно длительный и трудоемкий процесс, и, к сожалению, не все наши предложения находят поддержку, но есть и положительные решения.

Одно из последних — решение вопроса по регистрации кочевого населения, не имеющего постоянного места жительства. Благодаря нашей законодательной инициативе были внесены изменения в федеральное законодательство, разрешившие ставить на регистрационный учет эту категорию населения на всей территории муниципальных районов или городских округов, учтенных в федеральном перечне мест традиционной хозяйственной деятельности. Для кочевых народов это очень важное изменение, поскольку до этого, не имея регистрации по месту жительства, они не могли в полной мере воспользоваться положенными им по законодательству правами.

В ближайшее время мы планируем также вернуться к вопросу внесения изменений в правила рыболовства, которые позволят жителям беспрепятственно добираться до своих жилищ. Это также снизит нагрузку на рыбаков (в плане отчетов) — мы предлагаем отчетность о вылове предоставлять не раз в квартал, а один раз в год. Свои предложения мы уже отправляли министру сельского хозяйства Российской Федерации, но поддержку пока не получили.

Как северному субъекту нам не дает покоя и вопрос создания на федеральном уровне полноценной правовой базы для оленеводства. Оленеводство является экономической основой жизни многих тысяч северян, но в федеральном законодательстве эта тема отсутствует, и многие риски в этой отрасли вынужден брать на себя субъект Федерации. Это вопрос не решается уже много лет.

В целом на сегодняшний день и федеральное законодательство, и региональные акты охватывают и регламентируют широкий круг вопросов, характерных для северных территорий и присущих северным народам. Но проблема и главная беда заключается в том, что не всё исполняется и реализуется на практике, ввиду своей разрозненности. Необходимо систематизировать законодательство, регулирующее вопросы коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока, так же как необходимо принять специальный системообразующий межотраслевой комплексный федеральный закон о развитии арктической зоны России.